Укротитель (Трагедия в стихах)

           I

Он был похож на дождь осенний:
Невзрачный и слегка косой.
Живя на улице соседней,
Всегда здоровался со мной.

Бывало, скажет два-три слова,
И на прощание – бывай!
И заползет в свой угол снова,
Где может – ад, а может – рай.

Но как-то, на какой-то праздник,
Меня он в гости пригласил,
И распечатав свой загашник,
Меня, как друга, угостил.

Мы ели разную закуску
И пили крепкое вино,
И в нашу скромную пирушку,
Струилось солнце сквозь окно.

Сначала, выпили за праздник,
Потом – за встречу и друзей…
Хозяйский кот – большой проказник,
Нас забавлял игрой своей.

Когда мы выпили по третей,
И я немного закусил,
Хозяин, как внезапный ветер,
Вдруг о себе заговорил:

«Я был когда-то – укротитель,
(О чём с младенчества мечтал);
И как с Олимпа небожитель,
Зверей и женщин укрощал.

Немало тигров, барсов, львиц,
По жесту моему плясали.
Немало золушек, цариц,
Постель со мною разделяли.

А я был жуткий эгоист,
Игравший, как в театре, роли;
И как талантливый артист,
Другой себе не чаял доли.

Немало я разбил сердец
И девушек в тоске оставил,
Пока не встретил, наконец,
Ту, что Поэт в стихах прославил.

         II

Она гимнасткою воздушной,
Под куполом большого зала,
С улыбкою всегда радушной,
Как птица вольная летала.

И я влюбился, наконец,
Забыв про прежние грехи.
И даже стал писать стихи,
Про единение сердец.

Её красою покорённый,
Я о взаимности мечтал;
И словно юноша влюблённый,
Стихи ей регулярно слал.

Она не сразу и не вдруг,
Заметила во мне Судьбу.
Но тесен наш цирковой круг:
В нём слышно всякую мольбу.

Мои усердные молитвы,
К любимой сердцу путь нашли;
И мы в любовной страстной битве,
В друг друге счастье обрели.

       III

А между тем, среди зверей,
Что на манеж я выводил:
Была особая тигрица,
Которую, я как дитё любил.

Её я подобрал котёнком,
Который чахнул и болел.
Я нянчился с ней, как с ребенком,
И сил на это не жалел.

Её лелеял я и холил,
Как куклу при себе таскал,
И хоть, порой её неволил,
Но «Ласкою» любовно звал.

Она меня воспринимала,
Как Демиурга своего.
Ну, а когда невестой стала,
Сама влюбилася в Него.

Её я баловал игрою
И к сердцу нежно прижимал.
Но и случалось, что порою,
В ней злую ревность вызывал.

Меня тигрица ревновала,
Запасы ревности тая.
И, видимо, момента ждала,
Чтоб для себя отбить меня.

       IV

Когда в любовной лодке трое,
И каждый под себя гребет,
То как в античной битве Троя,
Она в сражениях падёт!

Я сам трагедию создал,
Любимую, лаская на виду,
И, по наивности, зазвал
Ту, неминучую беду.

Давно ревнивая тигрица
Лелеяла к Любимой месть,
Чтоб превосходством насладиться
И защитить свою любовь и честь.

И вот в один недобрый час,
В служебном коридоре,
Судьба троих собрала нас,
Чтоб состояться этой ссоре:

Раздался вдруг звериный рык,
За ним – последний женский крик.
Тигрица Милую схватила,
И в ярой злобе задушила.

Я бросился их разнимать,
Пытаясь, Милую спасти,
Но буйная природы страсть,
Преград не терпит на пути.

Тигрица стала, вдруг, чужая:
Страшнее буйного огня,
И жертву яро добивая,
Рыча, отбросила меня…

      V

Потом был лазарет:
Бинты, шприцы, примочки.
С лицом моим – немало бед,
И поврежденье почки…

Когда очнулся я от шока,
И вспомнил страшный этот миг,
То в глубине души – глубоко,
Любимой слышал горя крик.

И этот крик души больной,
Теперь всегда, везде со мной».

Он замолчал, налил бокалы,
В лице, побитом, скорбь храня,
И опустив свой взгляд усталый,
Бокал свой выпил без меня…

А я сидел в глухой тиши,
Чужую боль переживая;
И видел скорбь его души,
Но как помочь, ему, не зная.

10.04.2026 г.